Ана Брнабич выросла в Белграде, где хорватские корни деда переплелись с сербской идентичностью, а открытость по отношению к собственной ориентации стала частью публичного образа первой женщины-премьера страны. Вместе с радиологией Милицей Джурджич она строит быт, который закон Сербии до сих пор не признает полноценной семьей, хотя сын Игр уже несколько лет называет обоих мамами дома.
От встречи в белградском гее-клубе около 2010 года пара прошла путь от тихой совместной жизни к постоянному вниманию медиа, рождению ребенка через ЭКО и переезду в виллу с историческим прошлым. В 2026 году, когда Брнабыч временно исполняет обязанности президента после отставки Вучича, ее личное пространство остается местом, где политические решения сталкиваются с ежедневными ограничениями для однополых пар.
История этой семьи показывает, как личный выбор превращается в зеркало общественного противоречия: консервативное законодательство, медийный интерес и попытки сохранить обычные вечера с мультфильмами и собакой на улице Дединье.
От партизанского деда до открытой лесбиянки: семейные корни Анны Брнабыч
Дед Аны по отцовской линии Антон Брнабыч родился в Старой Башке на хорватском острове Крк и участвовал в партизанском движении во время Второй мировой войны, после которой получил звание подполковника. Отец Зоран появился на свет в 1950 году в Ужице, учился уже в Белграде, где семья осела, а бабушка с дедушкой по материнской линии происходили из Бабушницы на юго-востоке Сербии. Ана сама идентифицирует себя как сербка, и эти переплетенные корни часто упоминают как часть ее биографии, выходящую за рамки простого политического резюме.
Детство проходило в столице Югославии, где Пятая Белградская гимназия стала первым серьезным этапом образования. Позднее обучение в Университете Нортвуд в Мичигане и MBA в Университете Халла открыли путь к международному опыту, но возвращение в Сербию в 2001 году вернуло ее в среду, где публичная открытость по лесбийской ориентации требовала особой осторожности. В нашей практике мы сталкивались с таким случаем, когда политики с подобным семейным фоном пытаются балансировать между частным признанием и публичным воздержанием, чтобы не превращать личное в главную тему кампаний.
Эти родственные детали объясняют, почему Брнабыч неоднократно подчеркивала, что не хочет оставаться в истории только как «гей-премьер». Корни дают контекст для понимания ее позиции: наследие смешанного происхождения и послевоенная история делают акцент на идентичности важнее односторонних ярлыков.
Встреча в гее-клубе Белграда и годы, построившие совместную жизнь
Совместная подруга познакомила Ану и Костыль Джурджич в центре Белграда, в одном из местных геи-клубов. Контакты обменяли быстро, встречи участились, и отношения, которые сначала оставались в кругу родственников и друзей, постепенно вышли на публичную арену после назначения Брнабыча министершей, а затем премьером в 2017 году. К 2025-2026 годам пара уже провела вместе более пятнадцати лет, и этот термин подтверждают как сербские издания, так и региональные обзоры.
Костыля, специалистка по радиологии, окончившая медицину в Белграде с отличными оценками и работавшая в Центре радиологии и магнитного резонанса Клинического центра Сербии, сохранила собственную карьеру. Она впоследствии открыла поликлинику MD Clinic, сосредоточившись на диагностике, включая МРТ разных систем организма. Ана описывала партнершу как строжайшего критика и человека, который помогает оставаться с обеими ногами на земле, признавая, что политика забрала значительную часть конфиденциальности, которую Костыль раньше ценила.
Первые общие публичные появления произошли в конце 2017 года, в частности, на открытии Музея современного искусства. Впоследствии пара появлялась чаще, хотя и пыталась ограничивать детали обихода. Эта эволюция от клуба к долговременным отношениям иллюстрирует, как личные выборы в консервативном обществе требуют постепенного привыкания и со стороны окружающих, и со стороны самих героинь.
Игорь: рождение, поставившее закон на испытание
В феврале 2019 года Костыль родила сына Игоря после процедуры экстракорпорального оплодотворения. Мальчик получил имя в честь брата Анны, и Брнабыч публично называет его своим сыном, хотя юридически матерью записана лишь Костыль. Конституция Сербии определяет брак как союз супругов, однополые пары не могут заключать гражданские партнерства или совместно усыновлять детей, поэтому Ана не имеет статуса юридического отца или матери.
Это создает практическую асимметрию: воспитание общее, а документы односторонние, и именно это расхождение становится самым чувствительным местом семьи, когда речь заходит о детском саду, поездках за границу или наследственных правах.
Игорь любит классическую музыку, лошадей и по вечерам смотрит мультфильмы вроде «Веселых зайчиков». Ана вспоминала эпизод, когда сын исправил ее относительно названия инструмента – не труба, а рог, – и это стало одной из немногих домашних историй, которые она разделила публично. В 2024 году мальчику было пять лет, а к 2026-му он уже подрос и, по словам Аны, иногда сердится, что мама мало бывает дома из-за работы и разговора по телефону.
Решение стать родителями было принято около 2018 года, и рождение произошло во время пребывания Анны в должности премьера — факт, который сделал ее одной из первых открытых лесбиянок-руководителей правительств, чья партнерша родила ребенка во время срока полномочий. Закон при этом не изменился синхронно с реальной жизнью семьи.
Вилла Йованки Броз и повседневность под медийным микроскопом
Семья живет в вилле, ранее принадлежавшей Йованке Броз, вдове Иосифа Броза Тито. Переезд туда сопровождался спорами о статусе недвижимости и изменениях в нормативных актах, позволивших использовать здание для представительских нужд. Собака по имени Лав, метис, которую подобрали на улице около 2015 года во время поездки на день рождения, стала частью быта: Костыль вспоминал, как Ана вышла из машины и взяла щенка, несмотря на наличие другой собаки дома.
Ана водит автомобиль сама, любит готовить (в том числе китайскую кухню, чевапчичи и трюфели), слушает музыку 80-х, в частности Depeche Mode, и в интервью вспоминала, что лучший способ снять стресс – расставить посуду в посудомоечной машине. Костыль покупает ей одежду, потому что Ана, по собственному признанию, плохо ориентируется в брендах. Вечера часто проходят в узком кругу: мультфильмы с Игорем, разговоры о работе и попытки удержать обычность, несмотря на постоянный интерес прессы.
Медийное внимание усиливается в ходе политических событий. В сентябре 2026 года, когда Брнабыч приняла обязанности исполняющей обязанности президента в день своего 51-летия после отставки Вучича, ее семейный статус снова оказался в центре дискуссий — не из-за новых деталей, а из-за контраста между высокой должностью и отсутствием юридического признания семьи.
Распространены мифы о личной жизни премьера и исполняющих обязанности президента
Вокруг биографии Брнабыч циркулирует несколько устойчивых представлений, упрощающих или уродующих реальность. Ниже — наиболее часто встречающиеся в публикациях и обсуждениях.
- Миф о «главной теме – ориентация»: Ана неоднократно заявляла, что не планирует ставить ЛГБТ-реформы в приоритет над экономическими вопросами, инфляцией или пенсиями, и не хочет, чтобы ее помнили только как первую открытую лесбиянку в должности. Участие в белградском прайде 2017 сопровождалось словами о защите прав всех граждан, но это не превратилось в системную законодательную кампанию.
- Миф о полном юридическом признании семьи: многие считают, что высокая должность автоматически дает права. На самом деле только Костыль записаны как мать, и это создает барьеры в повседневных делах, которые касаются любой однополой пары в Сербии.
- Миф о «исключительности, которая решает все»: критики со стороны части активистов указывают, что семья Брнабыч имеет определенную защиту и видимость, недоступные другим парам, но закон остается одинаковым для всех. Это не отменяет личных ограничений, а лишь делает их более заметными.
Такие представления возникают из-за того, что публичные заявления часто цитируют избирательно, а быт остается закрытым. Реальность сложнее: открытость существует наряду с сознательным воздержанием относительно деталей воспитания и наследственных вопросов.
Практические барьеры: что не может сделать Ана как неюридическая мать
Отсутствие юридического статуса значит конкретные ограничения. Ана не может самостоятельно записать Игоря в детский сад без дополнительных документов от Костыля, не может беспрепятственно пересечь границу с ребенком как официальная мать и не имеет автоматических наследственных прав в отношении сына в случае определенных обстоятельств. Совместное усыновление запрещено, а гражданское партнерство не существует.
По сравнению со странами, где однополые пары имеют регистрируемые партнерства или брак, сербская модель покидает семью в статусе «фактического, но не правового» сожительства. Брнабыч выступала за урегулирование наследственных прав для однополых пар, однако приоритетом называла другие проблемы государства. Это создает ситуацию, когда личный опыт политика не превращается в быстрые изменения для более широкого сообщества.
Для читателей, которые сталкиваются с подобными вопросами в других юрисдикциях, эти барьеры служат примером того, как даже видимая семья на вершине власти остается уязвимой к законодательным пробелам. Чек-лист для самопроверки понимания статуса:
- Признает ли конституция страны брак только как союз супругов?
- Существует ли механизм гражданского партнерства для однополых пар?
- Может ли небиологический отец или быть записанным в свидетельстве о рождении без отдельного судебного решения?
- Какие документы нужны для поездки ребенка за границу в такой конфигурации?
Ответы на эти пункты для Сербии остаются отрицательными или ограниченными, и это влияет на ежедневное планирование семьи Брнабыч так же, как и на любую другую подобную пару.
Вопросы, которые чаще всего ищут о семье Брнабыч
Пользователи часто уточняют детали, выходящие за пределы кратких биографических справок. Вот ответы на самые распространенные.
Сколько лет Ана и Костыль вместе?
Около пятнадцати и более лет по состоянию на 2025-2026 годы. Встреча состоялась примерно в 2010-м из-за общей подруги в белградском гее-клубе, и отношения не были тайной для близкого круга с самого начала.
Является ли Ана юридической матерью Игоря?
Нет. Биологической и юридической матерью является Костыль Джурджич. Ана воспитывает сына вместе с ней и называет его своим, но закон не дает ему соответствующего статуса из-за отсутствия признания однополых союзов.
Где родился Игорь и как?
В Белграде в феврале 2019 года после ЭКО. Процедура, вероятно, проводилась вне Сербии, поскольку местное законодательство ограничивает доступ для однополых пар.
Изменился ли статус семьи после того, как Брнабыч стала исполняющим обязанности президента в 2026 году?
Нет. Временные обязанности, которые она приняла 28 сентября 2026 после отставки Вучича, не меняют семейного права. Максимальный срок исполнения обязанностей – до трех месяцев, до избрания нового президента.
Какие хобби и быт описывала сама Ана?
Приготовление, плавание, самостоятельное вождение, музыка 80-х, посещение галерей. Она вспоминала, что Костыль строже в воспитании, а сама Ана пытается проводить вечера с сыном за мультфильмами.
Сравнение с другими открытыми ЛГБТ-лидерами Европы
Брнабыч стала второй женщиной-главой правительства в мире после Йоханны Сигурдардоттир в Исландии и одним из первых открытых ЛГБТ-лиц на самых высоких должностях в регионе. В отличие от Бельгии, Люксембурга или Ирландии, где лидеры типа Элио Ди Рупо, Ксавье Беттеля или Лео Варадкара действовали в странах с уже существующими механизмами признания однополых пар, Сербия остается в другом правовом поле.
| Политик | Страна и период | Правовое признание семьи | Ключевое отличие |
|---|---|---|---|
| Йоханна Сигурдардоттир | Исландия, 2009–2013 | Брак и усыновление доступны | Первая открытая женщина-премьер в стране с прогрессивным законодательством |
| Лео Варадкар | Ирландия, 2017–2020, 2022–2024 | Брак признан после референдума | Открытый гей-премьер в стране, где права расширялись параллельно с карьерой |
| Ана Брнабыч | Сербия, премьер 2017–2024, и.о. президента с 2026 | Брак и общее отцовство не признаны | Видимая семья без соответствующих юридических инструментов |
Данные собраны на основе публичных биографий и конституционных положений стран. Отличие состоит не только в личных историях, но и в том, насколько правовая система позволяет или блокирует повседневное функционирование семьи. В случае Брнабича публичная открытость не сняла эти барьеры, и именно это делает ее опыт особенно показательным для региона, где консервативные нормы остаются крепкими.
Семья продолжает жить в этом промежутке между признанием в стенах дома и отсутствием его в документах. Вечера с Игорем, собакой Лавом и попытками удержать обычность продолжаются параллельно с политическими обязанностями, которые в 2026 году снова вывели Ану на самый высокий временный пост. Этот контраст остается открытым для дальнейших изменений в законодательстве или сохранения статус-кво, в зависимости от того, как будет развиваться сербская политика после выборов.